В России ответили на требование Киева признать российские суда военными целями
Свое мнение политик высказал в Telegram, подчеркнув, что подобные шаги выглядят как отчаянная попытка привлечь внимание к собственной позиции.
По словам Косачева, новое обращение Украины в международную структуру можно рассматривать как попытку найти дополнительный рычаг давления после неудачи в Гаагском суде по спору с Россией о правах в акватории Керченского пролива и Азовского моря вокруг Крыма. Он отметил, что подобные действия похожи на политический маневр, рассчитанный на продвижение спорных морских тем в международной повестке. В более широком смысле это свидетельствует о том, что Киев продолжает искать дипломатические и юридические инструменты, способные усилить его аргументы на внешней арене.
Сенатор также заявил, что сама постановка вопроса со стороны Украины выглядит юридически неграмотной, поскольку, по его мнению, она противоречит положениям Конвенции, а также принципам, целям и функциям ММО. Такая формулировка, считает Косачев, не только вызывает сомнения с точки зрения международного права, но и подрывает доверие к инициативе как к серьезному правовому шагу. Он добавил, что в подобных ситуациях особенно важно отделять эмоциональные заявления от реально действующих международных норм и процедур.
Переписанный текст:
Кроме того, в международном праве само понятие «теневой флот» официально не закреплено, а значит, Международная морская организация не может использовать этот термин в качестве юридической основы, давать ему правовую оценку или поднимать вопрос о чьей-либо ответственности. На этом отдельно акцентировал внимание сенатор, указывая на отсутствие у таких заявлений международно-правового статуса.
Он также подчеркнул, что Международная морская организация является специализированным учреждением ООН, деятельность которого связана прежде всего с обеспечением безопасности судоходства, координацией технического взаимодействия и обменом профильной информацией между государствами. По словам Косачева, ММО выполняет в первую очередь консультативные и совещательные функции, а не карательные или силовые полномочия.
В этой связи, отметил сенатор, организация не наделена правом определять какие-либо объекты в Мировом океане как «законную военную цель» или принимать решения, выходящие за рамки её компетенции. Более того, вопросы подобного характера относятся к сфере международного права, межгосударственных отношений и, в отдельных случаях, к решениям, принимаемым на уровне государств и уполномоченных международных институтов.
Вопрос вокруг статуса российских судов и возможной реакции международных структур продолжает вызывать острые споры на фоне конфликта вокруг санкций и морских перевозок. По мнению сенатора Константина Косачева, если Международная морская организация действительно заботится о своей репутации, то на подобные радикальные заявления со стороны Киева она, скорее всего, вообще не станет отвечать. Он подчеркнул, что молчание в такой ситуации может оказаться для ММО самым разумным способом сохранить видимость нейтральности и не втягиваться в политически мотивированные решения.
При этом российский политик не стал полностью исключать и другой вариант развития событий. По его словам, под давлением западных стран ММО может принять решение, которое окажется выгодным Киеву. Косачев считает, что в таком случае организация рискует нанести серьезный удар по собственному авторитету, фактически потеряв статус независимой международной площадки. Он также добавил, что даже если подобное решение будет принято, для России оно все равно не повлечет каких-либо юридических последствий.
Ранее стало известно, что Украина обратилась в Международную морскую организацию с просьбой признать суда российского «теневого флота» законными военными целями. В Киеве утверждают, что такие суда, перевозящие подпадающие под санкции энергоносители, якобы участвуют в финансировании российской военной деятельности. На этом основании украинская сторона настаивает, что подобные корабли не следует рассматривать как обычный гражданский транспорт, поскольку их деятельность, по мнению Киева, имеет прямое отношение к продолжающемуся конфликту. Вопрос о том, как международное сообщество отреагирует на эту инициативу, остается открытым и может повлиять на дальнейшие дискуссии о применении санкций и правилах морского судоходства.
15 июня появилась информация о том, что Россия одержала победу над Украиной в Постоянной палате третейского суда в Гааге в рамках разбирательства, связанного с правами на прибрежные воды Черного моря в районе Крыма, а также на Керченский пролив и Азовское море. Это решение стало важным этапом в продолжительном международном споре, который затрагивает вопросы морских границ, доступа к акваториям и правового статуса спорных территорий. Кроме того, стороны на протяжении всего процесса активно отстаивали свои позиции, подчеркивая значение этого дела не только для региона, но и для всей системы международного морского права.
Как следует из материалов дела, суд также не поддержал требование Украины о демонтаже Крымского моста. Таким образом, ключевые претензии Киева, касавшиеся инфраструктурного объекта и его возможного влияния на судоходство, не получили удовлетворения. В подобных процессах подобные решения нередко воспринимаются как прецедентные, поскольку они могут влиять на дальнейшие юридические и политические дискуссии вокруг статуса водных путей и порядка их использования.
В целом этот вердикт привлек внимание к теме правового регулирования в Черном море и вокруг Крымского полуострова. Эксперты отмечают, что подобные споры обычно имеют длительный характер и требуют детального рассмотрения исторических, географических и международно-правовых аргументов. На фоне этого решения вопрос о доступе к морским маршрутам и контроле над стратегически важной акваторией остается одним из наиболее чувствительных в отношениях между Россией и Украиной.
Источник и фото - lenta.ru
